Мировая политика

Российско-японские торгово-экономические отношения: есть ли новая точка опоры?

В условиях политического похолодания именно торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Японией объективно выступает тем базисом, на котором двусторонние отношения могут на обозримую перспективу развиваться в позитивном плане. Структура взаимной торговли на протяжении многих лет не претерпевала существенных изменений. Россия выступает преимущественно как поставщик на японский рынок определённых видов сырья и топлива. Из Японии Россия импортирует главным образом легковые автомобили, а также некоторое количество промышленного оборудования.

Подходы правительства Японии к проблемам «исторического прошлого»

В первой половине 1990-х гг. под воздействием ряда факторов в Токио возобладало понимание, что первым шагом на пути к бóльшей роли Японии в мировой политике должно стать восстановление доверия и примирение со странами Восточной Азии, для чего были предприняты самые далеко идущие попытки извинений за политику Японии в первой половине XX века, включая заявление премьер-министра Т.Мураямы 1995 года, а также меры по урегулированию так называемых «проблем исторического прошлого».

Особенности «мягкой силы» во внешней политике ФРГ

Поражение во Второй мировой войне заставило Германию с большой осторожностью выбирать новые внешнеполитические установки. Сегодня любая политическая идея, даже косвенно указывающая на стремление к немецкой гегемонии, представляет опасность для страны, ведет к ухудшению отношений с партнёрами по ЕС и другими соседними странами. Поэтому Германия выбрала для себя в качестве наиболее подходящей внешнеполитической стратегии политику по применению так называемой «мягкой силы» способности побуждать других делать то, что ты хочешь с помощью привлекательности, а не манипуляцией материальными потребностями. ФРГ располагает большими возможностями для реализации политики «мягкой силы».

Политические катаклизмы начала века и будущее системы международных отношений

Кризисы на Украине и Ближнем Востоке отражают глубокие сдвиги в системе международных отношений. Эти сдвиги гораздо серьёзнее, чем широко обсуждаемая эрозия монопольного положения США, и связаны с глобальным переносом центра мировой экономической и политической власти из Северной Атлантики в Тихоокеанский бассейн. Происходит стремительное разрушение европоцентристской системы, непрерывно правившей миром с конца XV в. При этом западные, и особенно европейские элиты отказываются признать масштаб и потенциальные последствия происходящего, толкая, в частности, Россию в сторону Китая.

Рождение мифа: начало первых «великих дебатов» в теории международных отношений

Из учебника в учебник кочует рассказ о трёх ( режечетырёх) «Великих дебатах», сформировавшими каноническую историю теории международных отношений. Реальность была существенно сложнее, а теоретическое богатство многократно шире повторяющихся антиномичных пар – реализм vs. идеализм, традиционализм vs. модернизм, рационализм vs. рефлективизм. В статье рассматриваются дискуссии между представителями разных течений политической мысли в предвоенный период, позднее названных Первыми «Великими дебатами», по мнению автора статьи, носившими предпарадигмальный характер.

Политика и культура: от политической философии Макиавелли до политических пророчеств Киплинга

Статья посвящена проблемам взаимоотношений политики и культуры, на примере политической философии Н. Макиавелли и её отражения в художественной литературе – творчества Р. Киплинга. На протяжении многих столетий сложилась традиция рассматривать политику и культуру как почти несовместимые сферы человеческой деятельности, поскольку по мере развития человеческого общества политика становилась всё более жестокой, циничной, «грязной», в то время как культура стремилась вырабатывать высокие и совершенные ценности и идеалы. Временами дело доходило до прямых столкновений политики и религии, политики и морали, политики и права, политики и литературы, политики и искусства в широком смысле.

Центральная Азия, европоцентризм, колониальность

Предлагаемая статья, это не очередной раунд ревизионизма в истории, речь идет о возможной перспективе снижения масштабов доминирующей европоцентристской эпистемологии на основе которой был выстроен современный стереотип знаний по всей Центральной Азии. Большинство исследователей региона не спешат оценить масштаб конфликтной конфронтации, которая была создана европоцентризмом. Тому свидетельство многочисленные статьи по такой застывшей (и печально тупиковой) дилемме, почему и как разделили земли таджиков/узбеков/казахов.

Коррупция как проблема политической теории и практики

Настоящая статья посвящена анализу явления «коррупция» с точки зрения политической теории и политической практики. В настоящей статье рассматриваются исторические примеру коррупции: коррупция во времена Александра Македонского, Карфагена, Римской республики. Автор анализирует эволюцию термина «коррупция», выделяя современные аспекты и внимание, предающееся сегодня данному термину. В статье дается анализ позитивных и негативных примеров коррупции, приводятся выводы. В статье анализируются последствия коррупции: экономические, политические и социальные. Среди экономических последствий коррупции выделяются такие, как усиление теневой экономики, уменьшение налоговых поступлений, ослабление государственного бюджета, нарушение конкурентных рыночных механизмов, снижение эффективности рынка, дискредитация идей рыночной конкуренции.

Наследие холокоста в свете гуманитарных проблем современности

В соответствии со сложившимися интеллектуальными традициями, осмысление проблемы холокоста (1933-1945 гг.) происходит в русле функционалистской и интенционалистской школ. «Функционалисты» анализируют холокост как вызов современной западной цивилизации, её бюрократической рациональности с акцентом на развитие, научно-техническийпрогресс ипросвещение. «Интенционалисты» изучают намерения нацистов, их идеологию, причины антисемитизма и его радикализации в межвоенный период в Европе. Настоящая статья следует интенционалистской традиции. В центре внимания автора находится феномен отсутствия вины у подавляющего большинства (если не у всех) нацистских преступников.

Особенности формирования идентичностей в ситуации пространственной инверсии (на примере Благовещенска и Хэйхэ)

В настоящей статье представлены результаты коллективного исследования пространственной идентичности. Авторы анализируют пространственную конфигурацию на российско-китайском пограничье между Благовещенском и Хэйхэ, рассматривая её в качестве социального конструкта. Сделана попытка выявить механизмы формирования пространственной идентичности на границе, которая характеризуется высокой интенсивностью экономических, политических и культурных потоков. В китайском городе Хэйхэ авторы констатируют наличие запроса на бóльшую интеграцию с российской стороной, и, как следствие, открытость к российскому влиянию. Иначе видится реактивное восприятие своего китайского «соседа» жителями Благовещенска.

Страницы