МГИМО в Книге рекордов Гиннесса

Торкунов Анатолий Васильевич – академик РАН, ректор МГИМО(У) МИД России. E-mail: vestnik@mgimo.ru

 

Вся статья: 

Уважаемые коллеги, дорогие друзья!

Прежде всего, разрешите сердечно приветствовать всех, кто откликнулся на наше приглашение и согласился приехать для участия в конференции, которая проходит в стенах МГИМО. Для нас – это большая честь. Огромная благодарность оргкомитету, нашим профессорам и преподавателям, которые занимались подготовкой этой конференции. Я думаю, что когда некоторые из присутствующих  получили  приглашение,  то  были несколько удивлены: почему вдруг МГИМО, да еще в связи с семидесятилетием факультета международных отношений, проводит конференцию не по актуальным проблемам современной мировой политики, а по такой интригующей теме, как «Магия ИННО: новые технологии в языковой подготовке специалистов-международников». Но, думаю, что после некоторых размышлений все вы прекрасно осознали, что знание языка, педагогическое мастерство, которое применяется преподавателями для того, чтобы студенты и выпускники хорошо знали языки – это важнейшие составляющие деятельности нашего университета на протяжении уже не десятилетий, а столетий.

В связи с этим я хочу напомнить, что наш университет формально берет свои истоки в 1815 г. В этом году указом императора Александра I было  создано  так  называемое  «Лазаревское училище» для практического овладения восточных языков. Здесь при финансовой поддержке двух вельмож и одновременно зажиточных купцов Лазаревых, армян по происхождению, началось преподавание восточных языков на системной основе. Конечно, были курсы восточных языков и ранее. Вы помните, наверное, что еще Петр I создавал школу восточных языков, и при Екатерине была в Иркутске создана школа японского языка (в результате того, что потерпевшая кораблекрушение большая группа японцев оказалась на территории России). Естественно, что и при Иване Грозном, и до него, при его предшественниках, а потом и при Алексее Михайловиче, особенно в XVII в., существовали школы изучения персидского языка, затем появились школы изучения китайского языка.

Но если говорить о системной, университетской основе, то преподавание восточных языков появилось именно в Лазаревском училище в 1815 г. Потом оно уже как филологическая специальность появилось и в университетах. Лазаревское училище всегда очень тесно работало с МИД Российской империи. И в 1954 г. после долгих мучений, страданий и переименований Лазаревское училище оказалось частью Института международных отношений. Мы получили в наследство замечательную, потрясающую библиотеку Лазаревского института, включая персидские рукописи XIII в., арабские рукописи XIV–XV вв., которые сегодня находятся в музее редкой книги нашей библиотеки. Некоторые из рукописей мы несколько лет тому назад оцифровали, и сегодня они находятся для всеобщего обозрения в Интернете – в нашей e-Library.

Хотел бы отметить, что и научная, и практическая деятельность многих здесь присутствующих, особенно тех, кто провел какую-то часть своей жизни на дипломатической службе, является очень ярким подтверждением: язык – это не просто инструмент для ведения дипломатической работы, не просто инструмент международника. Он всегда – основная составляющая вообще понимания проблем, их восприятия и реализации задач, которые всегда стоят перед дипломатической службой. Любой дипломат, если он за рубежом занимается не проблемами международных организаций, а находится в той или иной стране и занимается двусторонними отношениями, особенно с проблемными странами, то для того, чтобы эффективно работать, он должен быть, конечно же, грамотным специалистом и полюбить страну, в которой он находится.

Если вы приезжаете в страну и относитесь к ней либо пренебрежительно, либо неуважительно,

когда там многое вас раздражает, что бывает нередко, вы, тем не менее, для того, чтобы посылать на Родину правдивую информацию, для того, чтобы способствовать улучшению отношений вашей Отчизны с этой страной, обязаны относиться к этой стране с симпатией. А для того, чтобы относиться с симпатией к стране, надо ее понимать, что просто невозможно без хорошего и глубокого знания языка. И должен сказать, что многие успехи российской дипломатии, советской дипломатии были связаны именно с тем, что многие наши дипломаты начиная с 1943 г. обучались на международном факультете МГУ, о чем говорил Юрий Алексеевич Булатов, а затем, с 1944 г., уже и в МГИМО (а также в Институте востоковедения, который в 1954 г. стал факультетом МГИМО). Они демонстрировали фантастически глубокое, замечательное знание и западных, и восточных языков. И это относилось не только к языкам больших европейских наций, но и к языкам малых стран, что нередко позволяло даже при ограниченных ресурсах добиваться весьма и весьма существенных результатов.

Конечно, со временем многое из этого было растеряно. Должен сказать, что большинство российских ВУЗов существенно сократило количество преподаваемых иностранных языков. К сожалению, со временем уходили и поколения тех, кто закладывал основы преподавания того или иного иностранного языка и у нас. В результате некоторые языки вообще исчезли из перечня тех иностранных языков, которые мы еще недавно преподавали. Речь может идти о сингальском языке, на котором говорят на Цейлоне, о непальском языке. У нас не преподаются уже на протяжении ряда лет бирманский и хмерский языки, хотя наши преподаватели, по существу с нуля создавали учебники по этим языкам, когда и газет-то иностранных невозможно было получить. Это сейчас в Интернет вышел, с утра читаешь Washington Post и многие другие газеты, а тогда, вы сами помните, какая была ситуация.

Наши коллеги, наши друзья просто героически трудились над созданием школ преподавания этих языков, некоторых из них, к сожалению, уже нет сегодня с нами.  Вместе с тем я должен сказать, что МГИМО остается единственным ВУЗом в мире, который вошел в книгу рекордов Гиннеса.  И чтобы включить в эту книгу, здесь работала целая инспекция от компании Гиннес. Это не просто так, вы что-то объявили и вас туда включили. Инспекция работала, проверяла программы и убедилась, что это действительно полнопрофильные программы преподавания 53 иностранных языков. И только тогда нас включили в эту книгу как единственный ВУЗ, где имеется восьми семестровые, как минимум, программы преподавания 53 иностранных языков. Есть немало школ, где преподается и большее количество языков, например в Training Centre в Вашингтоне, который при Госдепе. Я там бывал не раз, там преподается до семидесяти языков. Они преподаются, главным образом, по коротким программам, а не по университетским программам, когда все осваивается, как говорится, с алфавита до разговорной речи.

И я считаю, это огромное достижение нашего университета. Почему, когда мы говорим о языке, мы имеем в виду, естественно, не просто лингвистическую подготовку? Дело в том, что языковые преподаватели, пожалуй, лучше, тоньше понимают народ, который на этом языке разговаривает, и страну народа, который говорит на этом языке. Дело в том, что можно быть специалистом по истории страны. Знаешь историю, знаешь язык, много по истории публикаций на иностранных языках. Можно хорошо разбираться в экономике и даже в политической ситуации в той или иной стране. Но понять психологию народа и отсюда понимать, как принимаются политические решения, какие тренды проявляются вообще в развитии того или иного общества, невозможно без знания языка. Наши преподаватели, даже чистые лингвисты, которые не заканчивали МГИМО, или, условно говоря, экономический факультет МГУ, они, приходя в университет, дают студентам не чисто лингвистический объем знаний, а страноведческий, культурологический. Именно это позволяет нашим выпускникам быть весьма конкурентными на рынке труда и, в общем, по-прежнему являться главным пополнением дипломатической службы России.

В последнее время мы пытаемся существенно расширить нашу базу преподавания языков, в том числе за счет открытия новых магистратур. У нас учреждены сегодня магистратуры «Лингвистика» и «Педагогика». «Лингвистика» открыта, прежде всего, для того, чтобы готовить переводчиков-синхронистов для системы Организации Объединенных Наций. Там сегодня ощущается острая нехватка кадров –  опытные старики уходят, а пополнение было слабенькое, особенно, если иметь в виду пополнение из России. Есть, откровенно говоря, хорошие знатоки русского языка, которые не являются гражданами России. Но имея в виду представительство российских граждан в международных организациях, мы должны вести дело к тому, чтобы наши толковые молодые люди, обученные в магистратуре по лингвистике, участвовали в очень тяжелых конкурсах и попадали на переводческую работу ООН, в ее учреждения и центры, расположенные в Женеве, Нью-Йорке, Найроби и т.д.

И для того, чтобы такой дидактический момент присутствовал более ярко в нашей жизни, мы открыли также магистратуру по педагогике. Сегодня наш университет уже не просто университет, который готовит специалистов на выход, но мы стремимся подготовить и новое поколение кадров педагогов для себя, в том числе педагогов по иностранным языкам. Завершая, хочу сказать, сколь сильно изменились технологии преподавания иностранного языка. Даже если вы мимоходом в нашем книжном магазине увидели учебники, которые мы издаем,  то не могли не заметить их многообразия. Должен сказать, что я, конечно, как человек консервативный, одобряя применение новых средств, вместе с тем понимаю, что когда мы 30-40 лет назад с деканом Ю.А. Булатовым, а мы с ним с одного курса, учили восточные языки, то я учил корейский в группе всего из четырех человек, встречаясь каждый день с преподавателями лицом к лицу, и нам, наверное, особенно сильные технические средства не нужны были. Один из преподавателей к тому же был чистокровным корейцем, поэтому он был и носителем языка и культуры, истории тех корейцев, которые перебрались после установления японского протектората над Кореей в Россию на Дальний Восток, а потом и в Москву. Замечательные были педагоги, и память о них мы всегда будем хранить. И те, кто работал и работает после этого в Корее, конечно, сохраняют прекрасное знание языка. Я, к сожалению, не могу сказать этого о себе, поскольку в Корее работал в совсем ранней юности и после этого бываю там только наездами, на несколько дней.

Но, тем не менее, я проникся и уважением, и любовью к Корее, к очень богатому корейскому языку. Сегодня мы очень часто этого позволить себе не можем: групп гораздо больше, преподавателей не меньше, студентов стало намного больше, и, более того, было бы глупо не использовать те технические возможности, которые сегодня есть. И с точки зрения возможности использования дистантного обучения, технических средств обучения, с учетом уже сделанных в последние годы открытий, в том числе на ниве психологии преподавания, для того, чтобы эффективнее подавать материал студентам. Где-то это получается, где-то, наверное, не очень. Но мне кажется, что сегодняшняя конференция, несомненно, станет очень серьезным вкладом в обогащение наших представлений о том, как нужно сочетать традиционные и новые методы уже на совершенно новом этапе, когда у нас есть и Скайп, и возможность переписываться постоянно, поставить лекцию, как говорится, онлайн и т.д.

Я хочу еще раз всех сердечно поблагодарить за участие в нашей конференции и пожелать конференции творческих успехов. Спасибо за внимание!